Святые равноапостольные Кирилл и Мефодий

Священник Андрей Дудченко

Как священнику, мне порой приходится бывать у людей, которые не являются постоянными прихожанами какой-либо Церкви, но считают себя православными. В церкви такие люди появляются только по большим праздникам либо когда есть на это крайняя потребность. Когда заходит разговор о том, в какой храм обычно они ходят, случается, что пригласившие меня люди ходят во Владимирский собор или один из храмов Киевского патриархата. Спрашиваю, почему, - отвечают: «Потому что там служат на украинском языке, и мы понимаем, о чем идет речь на службе».

Представьте себе ситуацию. Объяснять таким людям понятия каноничности и раскола очень трудно, потому что у них полностью отсутствует понимание того, что есть Церковь. Они нуждаются в прояснении самых азов церковного вероучения, а за то небольшое время, которое можно уделить общению с людьми, будучи у них в гостях, сложно объяснить человеку все тонкости православного учения о Церкви, да еще сделать это так убедительно, чтобы человек не ходил больше в храмы раскольников. С другой стороны, невозможно сказать: неважно, что язык нашего богослужения тебе непонятен, ты все равно ходи к нам. Желание понимать то, что происходит в церкви - естественно и похвально. Имеем ли мы право предлагать людям вместо безблагодатного богослужения раскольников выбирать наше, но на непонятном языке?

Я сознаю, что тема языка богослужения вызовет множество споров и разногласий. Но, предваряя их, хочется озвучить некоторые принципиальные положения.

1) Православной Церкви чуждо представление о «священном» языке, равно как и том, что какие-либо языки неспособны выразить то, что нужно донести человеку через богослужение. В свое время православные критиковали католиков (совершенно справедливо) за так называемую «ересь трехъязычия», то есть представление о том, что божественные истины могут выражаться лишь на языках, используемых в надписи Пилата на Кресте Спасителя (еврейском, греческом и латыни). Кирилло-мефодиевская традиция, воспринятая славянскими Церквами, напротив, первоочередной задачей миссии видит перевод богослужебных текстов, включая читаемые за богослужением отрывки Писания, на понятный язык. Это прямое продолжение апостольской традиции: «В церкви хочу лучше пять слов сказать умом моим, чтобы и других наставить, нежели тьму слов на незнакомом языке», - писал апостол Павел Коринфянам (1 Кор. 14:19).

2) Церковнославянский язык, который используется в нашем богослужении, в течение веков развивался и поновлялся. Со времен развития книгопечатания произошла постепенная фиксация языка в формах, которые сохраняются в богослужебных книгах.

3) За период, протекший со времен фиксации перевода богослужебных текстов до настоящего времени, разговорный язык еще больше удалился от церковнославянского, так что сегодня редко кто из православных верующих и даже не все священники в состоянии правильно понять и перевести сложные конструкции церковнославянского языка. (С последним утверждением не все согласятся, но можно привести достаточно простой пример. Переведите-ка такое песнопение из службы Рождества Христова: «Любити убо нам, яко безбедное страхом удобее молчание, любовию же Дево песни ткати спротяженно сложенныя, неудобно есть: но и Мати силу, елико есть произволение, даждь».)

4) Предстоятель нашей Церкви Блаженнейший Митрополит Владимир уже давно на собраниях духовенства Киевской епархии говорил о том, что в нашей Церкви нет принципиального запрета на перевод богослужения на украинский язык. Если община какого-либо храма хочет служить по-украински, пусть служит. Право выдвигать инициативу в этом вопросе владыка предоставил самим общинам.

Однако, несмотря на ясную позицию Киевского Митрополита, в Киеве до сих пор нет ни одного храма канонической Украинской Православной Церкви, в котором службы велись бы на украинском языке. Причины понятны. В каждом храме уже сложился круг прихожан, большинство которых настроены в этом плане очень консервативно и не желают менять язык богослужения. Получается так, что свой язык мы менять не хотим, а предложить службу на современном языке тем, кто не понимает нашего, не можем. Для разрешения вопроса стоило бы открыть новый храм с богослужением на украинском языке, где и формировался бы свой круг прихожан. Таким образом наша Церковь дала бы возможность избегать раскола тем людям, для которых препятствие - непонятность церковнославянского языка.

Вопрос, поднятый в этой статье, таков, что в полноте раскрыть его сейчас невозможно. На эту тему написана масса статей и сломано множество копий в жарких дискуссий на интернет-форумах. Будут наверняка возражения о том, что Церковь должна не «опускаться» до уровня невоцерковленных людей, но, напротив, «поднимать» их до уровня своего. Но как быть тогда с призывом апостола Павла быть «всем для всех»? Апостолы не открывали языковых курсов, несмотря на то, что Иисус Христос проповедовал по-арамейски, а не по-гречески. Равно и святые братья Кирилл и Мефодий принесли славянам не учебник древнегреческого, а живую проповедь веры на языке, доступном нашим предкам. Так может быть и нам, ради просвещения нашего народа, стоит поучиться этому опыту миссии?

Приглашаю читателей «Православия в Украине» высказать свое мнение в комментариях к этой статье.