Логотип "Православіє в Україні"
Отримування розсилки на e-mail

Вы здесь

ВЕЧЕРНИЕ ВЕСТИ. Николай Лысенко: «Трудно чем-то заниматься, не имея ничего, кроме герба и фамилии»

Версия для печатиВерсия для печати
18 квітня 2016 | Світські

Дирижер Николай Лысенко - человек с большим сердцем, потрясающим артистизмом и невероятной харизмой. На сцене он выкладывается на 300%. Правнук великого композитора руководит Государственным эстрадно-симфоническим оркестром, ведет на радио программы православной тематики, является протодиаконом и регентом киевского Свято-Троицкого Ионинского монастыря.

Дирижер Николай Лысенко

Каждый день у него расписан по минутам, поэтому его время контролирует жена Любовь. Она же отвечает за настроение и вдохновение дирижера. 

Корреспондент «ВВ» встретилась с ним в Колонном зале им. Лысенко Национальной филармонии Украины. В этот день Николай Витальевич со своим оркестром участвовал в отчетном концерте детской музыкальной школы №4 им. Шостаковича. На репетиции он не скупился на похвалы каждому маленькому артисту. А после выступления его ждали мама, жена и четыре дочурки. Ведь семья для него - самое главное богатство.

- Николай Витальевич, почему семья музыкантов Лысенко изначально избрала для вас поприще военного переводчика?

- Не учиться музыке в семье Лысенко невозможно. Но родители понимали, что обеспечить ею светлое достойное будущее крайне сложно.

Зарплата у музыкантов невелика: папа трудился на пяти работах, чтобы прокормить семью. И это при том, что отец был народным артистом Украины, профессором Национальной музыкальной академии. Мама тоже постоянно работала. Но все равно бывали дни, когда мы думали, из чего приготовить обед.

Педагог моего отца, ставший позже моим наставником, говорил: «Виталий, музыка - это прекрасно. Но сделай своего ребенка дипломатом. Он статный, высокий, хорошо говорит по-английски».

Мне повезло с преподавателем английского - он был персональным переводчиком экипажа «Союз-Аполлон». Так что иностранный язык у меня очень хорошо пошел.

- И все же вы выбрали профессию, связанную с музыкой.

- В творческих семьях это часто бывает. Рано или поздно человек понимает: его призвание там, где звучит голос предков. Меня не настраивали на то, чтобы я стал музыкантом. Я учился музыке, посещал музеи, бесконечно бродил лабиринтами Оперного театра и консерватории. Пассивно или активно участвовал в папиных концертах, слушал фортепианные выступления мамы. Но осознанное решение появилось за несколько месяцев до выпускных экзаменов.

- Однако вы год отучились в Институте культуры, прежде чем поступить в Киевскую консерваторию.  

- Попробуй поступи в консерваторию, когда конкурс - 30 человек на место, и ты пришел не из училища Глиэра с золотой медалью, а фактически с улицы. Папа не желал, чтобы фамилия Лысенко была гирей на чаше весов. Поэтому вначале я прошел «курс молодого бойца» - год учился в Институте культуры на факультете народного хорового пения под управлением выдающегося дирижера Станислава Павлюченко. Так что в консерваторию поступил уже с навыками хорового народного пения.

В свое время Николай Витальевич Лысенко был крупнейшим знатоком народной песни. И его правнук тоже через народное творчество пришел к академическому музыкальному искусству.

- Давала ли фамилия Лысенко привилегии, учитывая то, что в консерватории преподавал ваш отец?

- Напротив, имя - это минус один балл на экзамене, поэтому все нужно было делать в два раза лучше.

Однажды перед одним из экзаменов отец уговорил заведующего фонотекой консерватории взять домой бобинный магнитофон. И мы двое суток подряд готовились к так называемой викторине: нужно было с двух тактов угадать, какое произведение звучит. Когда я получил пятерку у педагога, у которого практически невозможно было ее получить, я понимал, что время потрачено не зря.

- Вы были близки с отцом?

- Очень. В нем всегда оставалось что-то недосказанное. В его активные концертирующие годы я всегда был рядом, мне даже приходилось его заменять. Отец вел несколько хоров. Были случаи, когда он не успевал на концерт, и мне в возрасте 17-20 лет приходилось за него дирижировать. Ученики отца проходили практику в его хоре. Вначале дирижировал студент, а затем то же должен был сделать я. Когда после репетиции отец подходил ко мне и говорил: «Ты был неплох», - это была высшая похвала!

Он был удивительным человеком, необыкновенным сгустком музыкальности, таланта и артистизма. Даже бесплатные концерты в летнем парке дирижировал во фраке. У него была мечта стать симфоническим дирижером. Но до конца своих дней он дирижировал хором. Теперь я проживаю часть его жизни, ведь отец пропал без вести в 1999 году.

- Вас наверняка поддерживала и мама. 

- Мама открыла для меня двери в Государственный эстрадно-симфонический оркестр. Ее ранило то, что сын, получивший классическое музыкальное образования, не мог трудоустроиться. На тот момент вакансии были в нескольких оркестрах. Она пошла к министру, и так я получил работу.  

В эстрадно-симфоническом оркестре я нашел настоящую творческую семью. Это уникальный коллектив, который обслуживал выдающихся артистов современности: Родиона Щедрина, Монсеррат Кабалье, Алессандро Сафина, Дмитрия Хворостовского, Мишеля Леграна.

- Чем для вас является профессия дирижера?

- Дирижер - всегда творец. Он и режиссер, и психолог, и организатор, и, безусловно, музыкант. Композитор творит музыку, а дирижер должен стать сотворцом: пропустить его настроение и эмоции через себя, понять, какой образ он создал. И это восприятие музыки я должен убедительно передать оркестру.

Бывает, что композиторы предпочитают дирижерскую трактовку своей. Премьера симфонии №6 Чайковского под управлением автора провалилась. Это вызвало у композитора страшную депрессию, он не смог бороться с болезнью. Спустя несколько месяцев после смерти Чайковского эта же симфония была триумфально исполнена профессиональным дирижером.

- Комфортно ли вам работать с детьми?

- Одно из качеств дирижера - умение поставить себя на место как исполнителей, так и слушателей. Чтобы не запугать ребенка, нужно стать его другом. Ему нужно рукоплескать уже за то, что он не побоялся выйти на сцену. Делаешь вдох и говоришь: «Солнышко, ты гениально играешь. Только давай чуть-чуть ритмичнее».

- Воспринимает ли современное общество классическую музыку?

- Я считаю, что сейчас - время классики. Мы прекрасно понимаем, насколько тонка нить божьего милосердия, которая держит нас над пропастью небытия: глобальные катастрофы, мировые потрясения, революции, беженцы, тысячи и тысячи смертей. Как только мы начинаем видеть глубину страданий внешнего мира и красоту мироздания, мы открываемся для классики, которая делала слепки Вселенной.

- Проект Rock Symphony, в котором вы работаете, нельзя назвать классикой в привычном понимании.

-Rock Symphony для меня - не набор хитов, а настоящая симфония, тема с вариациями. Посредством живого оркестра мы расшифровываем потрясающие месседжи, заложенные рок-звездами. Они ведь не были банальными людьми. Каждый шедевр, исполненный в программе, имеет потрясающую мысль, стержень. Моя задача - все это вытащить. В этом мне очень помогает мой побратим Дмитрий Коновалов - замечательный аранжировщик, большой профессионал, классический композитор до мозга костей.

После Rock Symphony моя мама, услышав рок-музыку в исполнении симфонического оркестра, сказала, что ее нужно изучать в консерватории. Данный проект - это мостик, соединяющий остров рок-музыки и других субкультур, с материком классической музыки.

- Вы являетесь протодиаконом Свято-Троицкого Ионинского монастыря. Как пришли к вере и почему приняли сан?

- Хорошо сказано, что Бог общается с человеком голосом его совести. Как только ты начинаешь этот голос слышать, ты принимаешься искать его источник.

Еще в конце 1980-х у меня хватило храбрости подняться на клирос и попроситься в церковный хор. Сначала я пел, а позже начал управлять хором. Священноначалие увидело, что я делаю это искренне, и спросило, не хочу ли пойти дальше. Я понял, что сан позволит мне узнать христианство и православное богослужение изнутри, стоя возле жертвенника и престола.

- Вера должна объединять, однако на протяжении многих лет мы наблюдаем конфронтацию церквей Московского и Киевского патриархата.

- Религиозный фанатизм, узколобость, гордыня, амбиции, политические цели - вот что разъединяет. Мы должны быть едиными. Я живу надеждой на то, что у нас будет полноценная автокефальная украинская церковь, признанная всем мировым христианским сообществом. Украина достойна этого. Украина - не провинция, не область и не подчиненное государство, чтобы не иметь своей автокефальной церкви. Это вопрос времени.

- Вы создали благотворительный фонд для популяризации творчества своего прославленного прадеда - основоположника украинской классической музыки. Однако складывается впечатление, что мероприятия приурочены исключительно к датам: годовщинам его рождения и смерти.

- Мы создали благотворительный фонд имени Лысенко в надежде, что придут меценаты, что мы будем поднимать украинскую культуру, молодые таланты. К сожалению, этого не произошло.

С другой стороны, если бы была хоть минимальная поддержка со стороны государства, мы бы свернули горы. Ведь трудно чем-то заниматься, не имея ничего, кроме герба и фамилии. У нас был период, когда мы стучали во все двери, писали во все кабинеты, и в 99,9 случаев из ста нам отказывали. В какой-то момент опустились руки, и я подумал: «Ладно, буду делать то, что посильно».

Два-три раза в год я даю лысенковские концерты там, где меня хотят видеть. Если Бог даст силы, мы сделаем с Дмитрием Коноваловым такую программу, которую будет хотеть слушать не только Киев. Потому что музыка Лысенко в его эскизах, незаконченных и неизвестных пьесах заслуживает того, чтобы покорять весь мир. 

Алена ПОТАЕВА

gazetavv.com

Фото: Марии АНДРИЙЧУК, театральное агентство «Альянс-шатро»

протодиакон Николай Лысенко

Ми оголошуємо благодійну передплату. Допомогти можна, перераховуючи щомісяця необтяжливу для вас суму на:

  • Карту «Приватбанку»
  • Webmoney — R504238699969, U862362436965, Z274044801400
779

0

Коментарі

Всі нові коментарі будуть відображені після проходження обов’язкової процедури модерації

Додати коментар