Логотип "Православіє в Україні"
Отримування розсилки на e-mail

Вы здесь

В ГОСТЯХ У РЕДАКЦИИ. «По житию и имя» – епископ Вознесенский и Первомайский Алексий о себе и вверенной ему епархии

Версия для печатиВерсия для печати
27 вересня 2013 | Інтерв’ю

Мы уже писали о том, что в гостях у редакции «Православия в Украине» побывал преинтереснейший собеседник — владыка Алексий (Шпаков), который буквально на следующий день отмечал свою первую годовщину на Вознесенской кафедре.

Читайте также: Вознесенской епархии год: что сделано, чем уникальна, какие планы

ОПРОС. Рецепт успешной епархии: опыт Вознесенска

Поговорить успели о многом.

О том, как название епархии перекликается с его собственным характером; немного о скандалах и проблемах в регионе; об особенностях служения, о необычной и простой мечте архиерея; о «епархиальном женсовете»; о том, как удалось расставить приоритеты, чтобы наладить работу в регионе; а также о влиянии, которое на него оказали Блаженнейший Митрополит Владимир и митрополит Бориспольский и Броварской Антоний.

Об этом и многом другом читайте в интервью.

***

Прав был Макаренко: как первые месяцы проведешь, так всю жизнь и проживешь

Владыка, мы рады приветствовать Вас в гостях у редакции портала «Православие в Украине». Из Вашей биографии известно, что родились Вы во Львове в крестьянской семье. Расскажите подробней о Вашем детстве, родителях.

– Благодаря тому, что родился я во Львове, а рос и учился в Запорожской области, теперь в любом регионе чувствую себя своим. В принципе, каждый христианин должен себя так чувствовать, но мне в этом плане немного проще.

Мать была и сейчас есть, слава Богу, верующим человеком, она ведь родом с Ивано-Франковщины... Особенно у меня была набожная бабушка по материнской линии. И вот, благодаря, наверное, молитвам бабы Варвары, Царствие ей Небесное, сразу после моего рождения мама со Львова повезла меня в Ивано-Франковск. Так что первые месяцы моей жизни проходили там.

Помните, что ответил однажды на вопрос: «Как нам правильно воспитать ребенка?» - Антон Семенович Макаренко? Он спросил: «Сколько лет ребенку?». «Год», – ответили педагогу. «Ну, так вы на год уже опоздали!»

Вот и я верю в то, что если родители с самых пеленок правильно воспитывают своих детей, то это принесет свои плоды.

– Значит, первый раз в храм Вас привела бабушка?

– Да, но когда я приехал на Запорожскую землю, то там моя «церковная жизнь» оборвалась. Тут храмов было очень мало, если не сказать, что практически не было. И крестили меня тайно, на дому. В первый визит батюшка пришел пешком, его крестильный саквояж принес наш сосед, а в следующий раз приехал на велосипеде и совершил таинство.

Мои детские годы прошли в родном селе. Родители работали в колхозе, поэтому я с детских лет знал и понимал, как добывается хлеб, как он выращивается, собирается. Моя мама тяжело работала, трудилась на ферме, вставать нужно было в 4 утра. Знаете, крестьянский быт – очень нелегок, хлеб дается пóтом и большими трудами.

– А как проходили юношеские годы?

– Школьные годы прошли в духе атеизма – октябрята, пионеры и все такое. Но, вы знаете, какая-то мистерия происходила. Когда мы с друзьями гуляли, я замечал, что в мое присутствие почти не происходило никаких «нехороших историй». Было дело, «шкодничали», конечно, не без этого, но когда меня с моими друзьями не было, то у них «приключения» были посерьезней.

епископ Вознесенский Алексий

Армейским шагом на встречу с Истиной…

– Потом Вы ушли в армию… Где служили?

– В Золотоноше, Черкасской области. Славный провинциальный городок…

Когда я зашел в храм, меня поразило то, как здесь встречали новоприбывших солдат: мне сразу выдали молитвослов, крестик. Да и вообще, отнеслись с душой.

– А церковь там была?

– При части не было. Но я служил посыльным, часто выходил с поручениями, поэтому у меня была возможность зайти в храм в городе.

Однажды я познакомился с людьми, которые пели на клиросе. Мы начали общаться, и р.Б. Александр объяснил мне тогда самые азы веры: что такое крестное знамение, зачем, собственно, нужно креститься, как молиться.

В это же время в воинскую часть прислали гуманитарную помощь – несколько ящиков с изданием Нового Завета. И вот тогда я впервые прочитал Евангелие. Помню, потом еще долго не мог понять, за что распяли Христа? Мне было обидно до слез: ну как так?! Человек все делал хорошо, как можно было Его просто взять и убить? Этот вопрос меня долго мучил.

И уже по возвращении из армии, Господь так управил, что мы начали общаться с соседкой, которая была глубоковерующим человеком. Правда, в церковь я сразу не пошел, но посты соблюдал, и все время читал Новый Завет.

И кстати, когда впоследствии я поступил в семинарию, то мне было очень легко учиться, потому что Писание я прочитал несколько десятков раз.

Прямиком на клирос

Когда я все-таки решил пойти в храм на службу, то при этом позволил себе немного испытать промысел Божий.

Решил так: «Не буду ни часы заводить, ни будильник ставить. Проснусь – хорошо, не проснусь – значит, просплю». И, конечно же, проснулся.

Пришел еще до службы, стал в уголке храма и начал наблюдать. В этот день в церкви были одни старушки, молодых людей вообще не было. Но был мальчишка, лет 12-ти, который уверенно так подошел к исповеди, потом к причастию. Мне тогда так себя стало жалко, думаю: «Вот, он знает, как исповедоваться, причащаться, а я – нет…»

И еще сразу же появилось желание петь и читать на клиросе. Я раздобыл один листик из Псалтири (не знаю, какой это был псалом, потому что не было ни начала, ни конца) и начал учиться читать на церковнославянском языке.

С этого богослужения я не пропускал ни одной службы в нашем стареньком храме, если, конечно, никуда не уезжал. Потом началась стройка новой церкви, и только когда мы новый храм достроили, я пошел учиться в семинарию.

Ученье – свет, или Особенности семинарской жизни

В 2000 году поступил в Киевскую духовную семинарию кандидатом, послушание у меня было на кухне – помощник повара, потом – повар, затем уже перешел в 49-й корпус в Митрополию дежурным. Вот, собственно, так и началось мое становление.

Особенно я любил ходить на монашеские полунощницы, мне нравились ранние богослужения. Отслужил, помолился – и целый день впереди, и дни такие, как правило, проходили особенно благодатно. А, бывало, поленился, решил поспать, так и день не складывался – то двойку получил, то еще что-то. Вот так опытным путем Господь вел и показывал, как жить.

Я у Господа никогда не просил материальных благ или счастья человеческого. И Господь всегда давал все необходимое и даже если наказывал, то милостью.

Были взлеты и падения – молодой человек, как и все люди, от греха абсолютно не сохранишься. Иногда говорят: «Вот, Бог тебя покарает, если будешь грешить». Господь меня карал только милостью, и от этого было только еще больше, невыносимо стыдно за свои проступки. Может, у кого-то по-другому происходит, но я переживаю до сих пор все именно так.

– А как Вы все-таки решились пойти учиться в семинарию?

– Знаете, когда я увидел на столе у чтеца все книги – Минеи, Триоди, я подумал, что это высшая математика. Понял: этому нужно учиться.

Литургику, слава Богу, когда я был псаломщиком, конечно, выучил, но понимал, что надо двигаться дальше. Подошел к настоятелю с просьбой направить меня в Киевскую духовную семинарию, тот меня остановил: «Не спеши, сынок, тут всему научишься». Но я настоял. Приехал в Киев, сдал документы, вступительные экзамены и пошел учиться. Ученье, как говорится, – свет. :)

– И тут Вы уже получили то, что искали?

– Конечно. Во-первых, общение с монахами, монашеские службы, дисциплина, послушание. Другой вопрос – нравится или не нравится, хочется или не хочется делать то, что говорят. Но у меня была уже армейская закалка, которая в принципе человека дисциплинирует. Поставлена задача – нужно выполнять. Да и в послушании спасаться легче. Здесь я, конечно, попал между жерновов – первым делом отлетели гордыня и самонадеянность.

– Где было сложнее – в армии или семинарии?

– Наверное, в армии было проще. Потому что в армии устав, ты к нему привыкаешь, и все неизменно. А тут все постоянно меняется. Начиная с годичного круга богослужений: то пост, то Пасха, то праздники, то будни. С другой стороны, программа: 1-й класс одно, 2-й – другое, 3-й класс вообще голову некогда вверх поднять, 4-й класс уже полегче. И все четыре года были совершенно разными.

– А какие предметы были самыми любимыми?

– Библейская история, катехизис, литургика, история Нового и Ветхого Заветов мне нравились. Вот история Церкви не очень: у меня с датами и с именами проблемы.

Литургика сама по себе была мне близка, потому что я был уставщиком на приходе. И здесь, кстати, учась, ездил в храм подрабатывать псаломщиком.

Преподаватели у нас были замечательные.

И, конечно, мы имели возможность ближе познакомиться, поговорить с нашим Предстоятелем Блаженнейшим Митрополитом Владимиром. Меня поражала его вера и спокойствие. Это сейчас я понимаю, что Господь в его душе сочетал множество талантов, венец которым – любовь. Он никогда ни на кого не кричал, всегда имел в себе дух мира.

Дежуря в 49-м корпусе, я часто видел, как он выходил на прогулки. Меня как-то поразил один момент: идет Владыка, идет, остановился, поднял глаза к колокольне, перекрестился и пошел дальше. Я почувствовал такую силу его веры, что до сих пор вспоминаю этот случай с трепетом. Принимая решение, я часто размышляю, а как бы поступил на моем месте Блаженнейший? Он всегда стоит у меня перед глазами как пример, потому что это не просто яркая личность, он действительно угодник Божий.

– Расскажите о Вашей дальнейшей учебе.

– Когда я окончил семинарию, хотел поступить заочно в академию. Но бывший проректор, дай Бог ему здоровья, меня не взял.

Тогда я поехал в Черновцы. Мне там понравилось: во-первых, сам город уникальный, здесь переплетено более 11 архитектурных культур (представьте себе!). Во-вторых, народ колоритный такой. В-третьих, вера. Было видно, что люди ходят в церковь не просто поставить свечку и «чтобы у них все было хорошо», а на богослужения. Ну, и само собой, знакомства, само студенческое время было интересным.

А самые яркие впечатления были от визита в епархиальное управление. Мне показали еще царских времен поместье митрополита – грандиозное здание. И тогда я впервые увидел в храме специальные сидения, на которые можно присаживаться во время богослужения, — стасидии. Меня поразило это очень.

Когда я уже потом попал на Афон, то там случайно встретил правящего архиерея Черновицко-Буковинской епархии владыку Онуфрия. Вспомнил свое удивление и понял, откуда эта традиция появилась в Черновцах — с Афона. Это хорошая традиция. Знаете, как говорят — католики забыли, когда нужно вставать во время богослужения, а мы – когда садиться.

Кому легче — афонскому подвижнику или православному архиерею?

– А как Вам на Афоне?

– Афон – это нечто особенное. Сначала обращаешь внимание на святыни, иконы, но потом все равно все в памяти перемешивается, и только по фотографиям можно вспомнить: что и где ты видел. Потом я понял, что главное тут — совсем другое, сакраментальное. Тут нужно суметь настроиться, как приёмник, чтобы поймать тот особенный афонский дух. И, знаете, у меня это получилось, Господь дал это в какой-то мере почувствовать…

Уже во второй свой визит я как следует ощутил, что такое Средиземноморье. Мы успели сделать переход из Ватопеда в Болгарский монастырь Зограф, а потом я направился в русский Пантелеимонов монастырь. На обратном пути захватил 10 литров масла, которое тут изготовляется вручную.

Представьте себе: лето, полдень, полный штиль, жара неимоверная, и я в черном одеянии. Когда случалось дуновение ветерка, казалось, дороже этого момента просто не было. Под солнцем пот выступал так, что подрясник весь был в полосах, как-будто камуфляж…:)

Тогда я и понял, как пустынникам тут было подвизаться. И вы не поверите, у меня возникло чувство зависти (хоть это и нехорошее слово) к такой вот монашеской жизни. Но я понимал, что это все гораздо серьезней, чем прогулка под палящим солнцем, и не каждый способен понести этот подвиг.

– Скажите, а подвиг архиерея с подвигом афонских аскетов можно как-то сравнить или сопоставить?

– К сожалению, я так и не стал афонским подвижником, поэтому мне трудно сравнивать. А о служении архиерея скажу так: это полная самоотдача. Все свое время, без остатка, нужно посвятить Церкви. При этом важно помнить, что люди нуждаются, чтобы за них молились, чтобы их учили, чтобы просто были с ними.

Но я благодарен Господу, что Он призвал меня именно к такому служению, благодарен, что не унесло меня куда-то в сторону далече, ведь я когда-то интересовался и Блаватской, и оккультизмом. Но потом пришло время, когда мне очень захотелось быть священником, стать пред престолом Божиим, чтобы молиться за себя и за народ.

Это желание появилось как раз в 1990-е годы, когда к нам нахлынули сектанты. Меня так возмущало, что они обманывают людей! Я воспылал такой ревностью, что мне было все равно: целибатом, монахом, женатым священником — только бы служить...

Рукоположили меня в Бердянске, дали множество должностей, и я начал трудиться. Все было новое, неизвестное. Но, опять-таки, слава Богу, потому что когда ты знаешь дело, то появляется некая самонадеянность. А когда ничего не умеешь, то начинаешь молиться так, как никогда раньше не молился.

На своей епископской хиротонии я очень переживал. Подумалось: «Ну, я же многое знаю. И как возглас дать…» И тут на меня нахлынул такой панический страх оттого, что гордость начинает заслонять благодать Божью… Я опять начал молиться: «Господи, помилуй! Пресвятая Богородице, заступи!». Наверное, вот это ощущение мне очень помогает сейчас. Вспоминая тот момент, одергиваю себя. Сказано же: «Власть развращает человека, абсолютная власть – абсолютно развращает человека».

Наверное, я один из самых молодых архиереев не только по годам, по хиротонии, но и как священнослужитель – я только пять лет, как в священническом сане. Но я чувствую, что надо мной довлеет бремя ответственности. Всегда представляю, как посмотрю в глаза нашему Предстоятелю, который доверил мне это служение.

Что за жизнь у епископа…

– Расскажите, как сейчас проходит Ваш день.

– Всегда по-разному. Но очень не хватает упорядоченности: чтобы встать, сделать зарядку… Графики непредсказуемые, бывает «то пусто, то густо». Вот прошлое воскресенье было настолько насыщенным: я отслужил Литургию, посетил две школы, потом заехал еще в одну, затем – освящение места под часовню, а потом еще поехали на стройку храма, чтобы проконтролировать, как идет процесс.

Мы тесно сотрудничаем с властями. Бывает, звонят: «Завтра у нас событие, Вы не могли бы поучаствовать?» – «Смогли бы…»

Иногда даже по ночам просыпаешься и думаешь, что еще нужно сделать.

А бывает так, что затворяешься в келье и все. Я хорошо понимаю, почему подвижники уходили в пустыню. Ведь когда вокруг тебя постоянно люди, нельзя сосредоточиться, чтобы можно было побыть с Богом и спросить: «Господи, а что же мне делать дальше?»

Но больше всего я люблю богослужение и стараюсь служить при каждой возможности.

– А какая еще отдушина может быть у архиерея?

– Вы не поверите, есть у меня одна мечта… Хочу пожить в монастыре, в котором все люди были бы мне незнакомы. Это может звучать странно, но мне хотелось бы, чтобы меня никто не знал, и я никого не знал: днем несу какое-то послушание, хожу на вечернее богослужение, поужинали, утром служба, и опять за работу – все.

Эта мечта не покидает меня. Если Господь сподобит, и у меня когда-нибудь будет отпуск, то я обязательно ее осуществлю. Человек — как аккумулятор, ему нужна постоянная подзарядка. Если ты хочешь в стакане мутной воды что-то увидеть, то нужно, чтобы вода постояла, отстоялась. Когда грязь осядет, вода станет прозрачной, только тогда и можно будет что-то разглядеть. А когда все постоянно бурлит…

Есть, конечно, такие люди, которые могут как-то по-другому, но мне тяжело без таких «остановок».

Инициатива в епархии не наказуема

– Думаю, вряд ли есть такие люди, которые могут в таком режиме постоянно пребывать…

– У нас есть такие ребята:). Один парень академию окончил, приехал, помогает. Второй окончил семинарию, поступил в академию. Третий семинарию заканчивает, четвертый – был на послушании в монастыре. Хлопцы молодые, активные. У нас здесь такой весь коллектив собрался – энтузиастов...

– От них, наверняка, исходит много разнообразных идей?

– Конечно! Почему с ними хорошо работать? – Потому что у ребят нет еще стереотипного мышления. Конечно, их нужно направлять, но то, что они инициативны, – это очень хорошо.

– Расскажите о самых удачных инициативах в Вашей епархии.

– Работу начали с административного формирования епархии – секретариат, отделы... И чтобы все структуры реально работали.

Кроме этого у нас сформирован «женсовет». Матушки, жены священников, получили полную свободу действий в плане социального служения, распределения гуманитарной помощи и прочих общеепархиальных проектов. Для них это глоток свежего воздуха! Они с таким энтузиазмом это все восприняли и работают, спаси их Господи! Помогают детдомам, больницам, малоимущим семьям, устраивают концерты.

– Как налаживается контакт с местным населением?

– Мы часто проводим службы на выезде, чтобы люди видели архипастыря, чтобы могли просто взять благословение и вопросы задать. Многие не знают даже, что «владыки» существуют, всё «батюшка да батюшка».

Общаясь тесно с людьми, понимаешь, что многих выбивает из колеи политическая и экономическая нестабильность. И в этих условиях нужно суметь дать ориентир духовный, показать, к чему стремиться в первую очередь.

Большой акцент в епархии мы делаем на преподавание Христианской этики в школах. Священнослужители каждого региона закупают за свои деньги тетради, книги и передают в школу. Мы обязались за свой счет посылать преподавателей Христианской этики на курсы повышения квалификации в Николаев. Сегодня уже во всех школах и гимназиях Южноукраинска преподается этот курс, даже не в качестве факультатива, а как часть основной программы.

Кроме этого, мы сами работаем с молодежью. Уже провели первый молодежный слет, на который приезжал очень интересный батюшка из Ионинского монастыря (архим. Иоасаф, первый заместитель главы Синодального отдела по делам молодежи – ред.). Работы много…

Начальник другом не бывает?

Меня часто спрашивают: «Почему разделили епархию?» Да даже если бы отделили только один город, все равно работы было бы столько, что днем и ночью не оставалось бы времени голову вверх поднять.

Мы с секретарем епархии отцом Михаилом первым делом объехали все благочиния. Мы приезжали, чтобы посмотреть, как обстоят дела на каждом приходе.

Во-первых, после владыки Питирима – дисциплина, есть четкое понимание того, что нужно делать, а от чего стоит воздерживаться. Такое наследие – большое подспорье.

Во-вторых, просто есть с кем работать. Священники в нашей епархии – в основном трудяги.

У нас всего лишь 62 священнослужителя, епархия маленькая, но перспективная.

Мне задают вопрос: «А что, владыка, трудно начинать?» «Да, – говорю, – трудно, но интересно».

– Как Вас восприняли священнослужители?

– Скажем так, все мы понимаем, что начальник другом не бывает:). Но, тем не менее, кроме официальных собраний благочинных мы устраиваем и неформальные встречи. То, что не всегда получается сказать в кабинете, можно обсудить в непринужденной обстановке.

В самом начале работы я сделал акцент: у нас инициатива не наказуема, наказуема бездеятельность. Если священник приходит с вопросом, то должен предложить несколько вариантов решения, мы сядем, обсудим и примем решение. Но не нужно пытаться проблемы сбрасывать на других и при этом ничего не предпринимать самим, говоря «как благословите».

– А друзья у вас есть?

– :) Больше всего я общаюсь с дьяконами, иподьяконами, которые служат со мной – это самые близкие люди. Отец-секретарь, с которым мы с первого дня работаем, с благочинными. Панибратства нет, но отношения доверительные.

Друзей осталось много в Киеве, есть в Николаеве.

На первых педагогических семинарах, которые мы организовывали в епархии, лекции читали мои друзья из Духовной академии о.Владимир Савельев и о.Сильвестр (Стойчев). Общение с ними приносит всегда неимоверное удовольствие. Также я имел честь принимать высоких гостей: митрополита Антония, Управляющего делами УПЦ, отца Владимира Коцабу, которые прибыли разделить духовную радость Дня моего Тезоименитства.

Как говорится, «монах – один, но он не одинок».

И проблемы, и планы – все в епархии есть

– Проблемы есть в епархии?

– Наиболее актуальная проблема – работы много, а делателей мало. У нас просто катастрофически сейчас не хватает священнослужителей.

Вторая проблема – планов и задумок много, не хватает ресурсов. Если бы были ресурсы… Хотя, наверное, слава Богу, что их нет. Потому что потом возникла бы дилемма: на что потратить. А так Господь дает ровно столько, сколько нужно.

Газета у нас выпускается, сайт работает, братия трудятся, получают за это «по шапке», конечно, не без этого (улыбается). В добрый час! Сейчас мне жаловаться – грех. Да, есть какие-то огрехи, я тогда разговариваю с этим человеком, делаю внушения, так сказать. А не так, чтобы сразу: «Ах, я тебе сейчас покажу!»…

– Что нужно обязательно сделать в ближайшее время?

– Весной передо мною встал вопрос о приоритетных направлениях работы. За советом я пришел к владыке Антонию. Решили, что нужно особое внимание обратить на преподавание Христианской этики в школах и на молодежное служение.

Работу начали вести активно, а теперь важно не останавливаться. Потому что, когда вагончик катится, его подталкиваешь потихоньку, и он двигается вперед. А когда он встал, ох как трудно будет его потом с места сдвинуть.

Сейчас динамика развития у нас хорошая. Но, опять-таки, первый враг человеку – сам человек. Важно помнить, что лично я ничего не сделал хорошего, по природе я человек греховный и сам без Господа ничего не могу...

Титул «Вознесенский и Первомайский» характеризует самого владыку Алексия

– Как бы Вы кратко охарактеризовали вверенную Вам епархию, какая ассоциация приходит на ум? Вы бывали во многих городах, в чем особенность именно этого региона?

– Первая ассоциация: титул «Вознесенский и Первомайский» и мой характер. Вознесение, и сразу же, мир, труд, май... Первый помысел, который меня посетил: «Вот, это тебе по житию и имя, потому что сам ты — клубок противоречий: то молишься, то не молишься, то подвижничаешь, то бездельничаешь».

В Николаевской области раньше я никогда не бывал. Когда впервые выехал на Буг, увидел эти карстовые породы, скалы – красота неописуемая, и в этот момент понял, что здесь видно не только перст Господень, а отпечаталась Его десница. У меня сильное ощущение, что здесь присутствует Божья благодать, Дух Божий животворит все и помогает во всем.

Читайте также: Есть такой город — ВОЗНЕСЕНСК. Почему он так назван и с каких пор стал епархиальным центром?

Хотя Вознесенск и Первомайск – это абсолютно два разных места – степь и леса... Но настоящее богатство этих мест – люди.

Встречается много простых людей и начальников, которые, думают не только о себе, у них есть понимание того, что чем больше ты раздаешь, тем больше получаешь. Есть такие фермеры, например, которые за свой счет и газ проводят в селе, и воду. Таких людей нужно поддерживать, благодарить за то, что они делают.

На Николаевщине проживает 130 национальностей, и живут они между собою мирно и благополучно. Конечно, некоторым людям хочется нагнетать обстановку, но мы-то все понимаем, ведь являемся свидетелями и участниками тех или иных событий.

То, что показывают СМИ о Николаевской области, о Врадиевке, например, – надо отдать должное журналистам, репортеры работают на «5» баллов, умеют сделать сенсацию. Во всех областях что-то случается, но оперативней всего реагируют на события наши, николаевские журналисты.

Читайте также: БЕДА ВО ВРАДИЕВКЕ. «Тяжело осознавать, что эти преступления - на родине мучеников» — епископ Вознесенский Алексий 

В чем архиерей точно умнее всех

– На нашем портале недавно была размещена Ваша проповедь на тему идентификационных кодов, особого почитания царя-страстотерпца Николая и т.п.

Читайте также: Почему Христос уже «не спасает», или Кого ждем? 

Нам в редакцию поступили негативные отзывы. Читатели упрекали Вас, извините, в том, что Вы не совсем понимаете, о чем говорите. Что бы Вы ответили на такие слова?

– Вы правильно сказали, есть люди, которые умнее, они действительно есть. У меня не семь пядей во лбу, и в тех вопросах, в которых я не особо разбираюсь, всегда обращаюсь к помощи специалистов.

Но в деле проповеди и касательно затронутых вопросов есть несколько моментов. Первое: власть архиерея от Бога или от людей? Второе: важно понимать, насколько те, кто критикуют изложенное мною, хорошо знают Писание, библейскую историю. Как было сказано выше, я изучал и любил эти предметы.

В случае с упомянутыми проблемами нужно четко понимать, что на этих вещах начинают играть и спекулировать. Второстепенное возводят на первое место, в ранг догмы.

Но люди верят, что так говорили старцы...

– А нужно верить Господу нашему Иисусу Христу. Если мы будем внимание распылять на второстепенное, а не на Господа Бога взирать, то будем как Дон-Кихот – воевать с ветряными мельницами. А жизнь-то уходит.

Попробуйте почитать не только акафисты, а еще и Евангелие, Псалтырь, хотя бы в течение месяца. Вот тогда, увидите, все встанет на свои места, придет прозрение, потому что Слово Божие очищает душу человека, оно открывает Истину, а они, вместо этого, читают какие-то непонятные откровения.

– Владыка, что бы Вы пожелали нашим читателям?

– Желаю всем премудрости Божией: «Будьте мудры, как змеи, и просты, как голуби». Мы с вами, православные, являемся солью земли и призваны к хранению Истины.

Поступать мы должны всегда осторожно, с верою и любовью к Богу, хранить и преумножать эти дары Божьи в своих сердцах и душах. И тогда у нас все будет получаться.

А окончить нашу беседу хотел бы словами псалмопевца: «Взыскающие Господа, не лишатся всякого блага» – эти слова мне врезались в память много лет назад, во время молебна, который служил Блаженнейший Митрополит Владимир, перед началом моего первого учебного года в семинарии.

— Благодарим за интервью и очень надеемся на дальнейшее сотрудничество!

Беседу вели Валентина Гордийчук, Ольга Мамона и Юлия Коминко

ОЛЕКСІЙ (Шпаков), єпископ Вознесенський і Первомайський
Вознесенська єпархія
в гостях у редакции ПвУ
навчання в КДАіС
Афон
Христианская этика в школах
Врадиевка
Вознесенск
Первомайск
Макаренко

Ми оголошуємо благодійну передплату. Допомогти можна, перераховуючи щомісяця необтяжливу для вас суму на:

  • Карту «Приватбанку»
  • Webmoney — R504238699969, U862362436965, Z274044801400
4020

0

Коментарі

Всі нові коментарі будуть відображені після проходження обов’язкової процедури модерації

Додати коментар