Логотип "Православіє в Україні"
Отримування розсилки на e-mail

Вы здесь

Илья Муромец: кем святой точно не был...

Версия для печатиВерсия для печати

Наверное, ни один другой персонаж древних былин и сказаний не вызывал столько ожесточенных споров среди ученых. Святой преподобный Илья Муромец – смиренный инок и непобедимый витязь, в одиночку сокрушающий вражеские рати...

За прошедшие века образ русского героя был истолкован на все лады. Илью-богатыря успели причислить и к защитникам древнерусского пролетариата, и к ордынским степнякам-батырам, и к языческим богам (называли даже богом войны).

Так кем же был это загадочный святой и кем он никогда не был?

Илья Муромец… Родом может быть и не из Мурома

Начнем с того, что попытаемся выяснить где родился былинный богатырь. Казалось бы, ответ на этот вопрос кроется в его имени – Муромец. Да и старинные сказания говорят нам, что преподобный Илия был рожден в «славном городе Муроме, во селе Карачарове». Однако, не все так просто.

Не смотря на то, что российский город во Владимирской области давно стал местом паломничества, как для верующих, так и для обычных туристов, не все ученные считают, что это и есть родина богатыря. Некоторые из них склоняются к иной, более правдоподобной версии: не только современные исследователи, но и многие дореволюционные – считали, что родиной Ильи были… земли Черниговщины. А именно – селение Карачев, что возле небольшого городка Моровийск.

Летописные источники также не говорят нам об Илье, ка о витязе из Мурома. Австрийский монах-иезуит Эрих Ляссота в 1594 году увлеченно пишет о мощах исполинского воина – Ильи Моровлина. Его современник, староста города Орши Филон Кмита в своем письме кастеляну Остафию говорит о легендарном воителе Илье Муравленине.

Да и согласно строкам из древней былины, богатырь, по зову князя, добирается до стен Киева за каких-то шесть часов. Что было бы слегка проблематично для жителя Мурома, который лежит в полутора тысячах километров от столицы князя Владимира. А вот житель черниговских земель, вполне смог бы уложиться в эти сроки.

Но как же быть с многочисленными реками, урочищами и местами муромской земли, которые с незапамятных времен носят имя преподобного Ильи? Времена, впрочем, не такие уж и незапамятные. Еще в начале XX века историки доказали, что богатырь Илья Муравленин «превращается» в крестьянского сына Илью Муромца только в XVII веке. Дело в том, что образ черниговского витязя переплелся с другим историческим персонажем – казаком Илейкой Ивановым сыном Муромца.

Разбойный казак, выдававший себя за сына царя Федора – Петра, был одним из военачальников во время крестьянского бунта Ивана Болотникова. Под его началом терские, запорожские  и волжские казаки, плечом к плечу с рязанскими крестьянами и немецкими ландскнехтами рубились с царскими стрельцами под Кромами, Ельцом и Тулой.

В памяти местных жителей, Илейка остался своеобразным Робингудом – защитником свобод бедных крестьян, и, одним из любимых героев народных сказок. Поэтому местные предания, связывающие те или иные места с преподобным Ильей, скорее всего, были изначально посвящены опальному казаку.  

Надо ли говорить о том, что подобная географическая путаница – далеко не редкость? Так, река Кинешма, согласно местному преданию, обязана своим названием крику персидской княжны «Кинешь мя!», которую сбросил со своего челна Стенька Разин. Автору легенды было, наверное, не известно, что персиянка нашла свою смерть не в водах Кинешмы, и даже не в Волге, вопреки словам из народной песни, а в Яике (так ранее назывался Урал).

Почему былинного витязя так полюбили советские идеологи? Илья-богатырь – «герой пролетариата»?

Согласно былинам, богатырь, ставший в последствии монахом, родился в простой крестьянской семье. Именно благодаря «пролетарскому» происхождению образ легендарного Ильи был знаком каждому советскому школьнику. Вы только подумайте: выходец из крестьянского сословия побеждает чудовищ, без труда сокрушает орды «империалистически» настроенных татар и половцев, и может проучить «загнивающий царизм» в лице киевского князя Владимира, который в былине показан откровенно недалеким и трусливым «товарищем». 

Но насколько исторически реальным мог быть такой поворот событий?

А такой поворот, в реалиях Древний Руси могло спровоцировать лишь одно – чудо. Вообще сказание об Илье Муромце изобилует чудесными событиями, такими как исцеление паралитика с тридцатилетним стажем, и чудесными персонажами – чего только стоит один Соловей Разбойник...

Так и резкая «переквалификация» былинного витязя – одно из многочисленных сказочных чудес.

Дело в том, что древнерусское сообщество было «кастовым». Сын крестьянина был обречен на то, чтобы всю жизнь ходить за плугом, и наоборот – отпрыск витязей должен был с малых лет подружиться с мечом.

Конечно, были отдельные случаи, когда крестьянство призывалось на войну в виде «оружных холопов», но это было скорее исключение, чем правило. Да и сам богатырь в одной из былин резко осуждает такие «сословные» перемены: «Не дай Боже делать из боярина - холопа, Из холопа - дворянина, из попа - палача…».

Да и сами былины красноречиво говорят нам о строгости этой системы на Руси – крестьянский богатырь Микула Селянович вступив в дружину князя, забрасывает свою соху на небеса, тем самым навсегда отрекаясь от крестьянского труда и от прошлой, мирной жизни. К слову, такой подход сохранился вплоть до XVII века у казаков на Дону и Кубани, которые приказывали «бить и грабить» того казака, который посмеет заниматься домашним хозяйством.

Это значит, что преподобный Илия, чьи мощи сейчас покоятся в Лаврских пещерах, происходил если не из знатного рода князей или воевод, то по крайней мере, был потомственным воином. Более того, все источники указывают на то, что воинственные предки святого были… язычниками.

В IX веке крещение от князя Владимира Русь приняла, но не вся – некотрые села и даже целые города оставались верны языческим богам – вплоть до XV столетия. Язычники жили обособленно, ревностно охраняя свои святыни и не контактируя с христианами. Они даже избирали своих князей, которые при случае были не прочь скрестить мечи с православными правителями. Самым известным из них в те времена стал князь-оборотень Всеслав, которому приписывали сверхчеловеческие возможности – умение оборачиваться волком и наводить на врагов туман.

Летописи говорят нам о том, что родина Ильи оставалась под контролем язычников вплоть до XII века. И строгое соблюдение «кастовой системы» родителями преподобного, также связано с дохристианскими представлениями о мироздании. Считалось что воины, землепашцы, жрецы и холопы произошли от разных божественных предков и не имеют права смешиваться друг с другом.  А легенды об Илье настойчиво твердят нам, что еще его дед-язычник принадлежал к воинскому сословию.

Именно предку, согласно предания, Илья был обязан своим недугом – во время одного из налетов на окраины Киева, лихой предок богатыря, ударом меча рассек икону. После этого, на его род обрушилось страшное проклятие – отпрыски начали рождаться с парализованными ногами.

К слову, спорный момент о болезни святого, дал почву для самых экстравагантных предположений. Некоторые исследователи утверждали, что былины об Илье Муромце имеют дохристианское, космогоническое происхождение. Якобы сам богатырь – воплощение бога грома, его меч или копье – молния, а несметные рати, которые он рассеивает – тучи.

Сам витязь скован болезнью, то есть холодом, пока странники, а на деле – дождевые тучи, не напоят его водой – дождем. После своего исцеления, небесный воитель мечет стрелы-молнии в своего противника – Соловья. Впрочем, исследуя биографию святого, ученые мужи доходили и до совсем абсурдных предположений. Былинного витязя даже записывали в ряды армии хана Батыя – якобы сказания о легендарном «багатуре» попали на Русь из степей Монголии.

Так кто же этот человек-легенда – «Сын степей или герой Севера»?

Конечно, ни о каком «монголоидном» или «пролетарском» происхождении святого не может быть и речи. И лучшее свидетельство этому, опять-таки - богатырские былины.

Илья свято чтит воинский кодекс чести – он не нападает на врагов из засады, открыто вызывая их на честный поединок. Богатырь не вступает в бой с заведомо слабыми противниками, и не пользуется стрелковым и метательным оружием. Ни топора, ни дубины считавшихся оружием простолюдинов в арсенале черниговского богатыря нет. Илья орудует волшебным мечом, который получил в подарок от другого богатыря – Святогора, или копьем, которым он колет, но никогда его не метает.

А вот враги-инородцы вроде степняка Тугарина или хазарина Жидовина, не упускают случая метнуть в богатыря нож или другой подручный предмет, впрочем, даже отразив удар, витязь не отвечает им тем же, а вступает с врагом в рукопашную схватку. Любое метательное или стрелковое оружие, в том числе луки и самострелы, считались оружием черни – истинный воин должен были сойтись с врагом в честном бою, чтобы в полной мере показать свои боевые навыки.

Даже Соловья-разбойника Илья Муромец убивает не броском, а ударом своего копья. И хотя, в более поздней, крестьянской версии былины, богатырь стреляет в Соловья из лука, на ранних лубочных изображениях мы видим двух конных воинов, которые мчаться друг на друга с копьями наперевес. Святой превосходно владеет приемами рукопашного боя – будучи застигнутым врасплох, Илья расправляется с врагами голыми руками. Возможно, здесь мы сталкиваемся с языческим наследием православного воина – древним боевым искусством русичей.

Исторические источники нам рассказывают, что среди славянских племен был распространен некий боевой стиль, основанный на подражании движению зверей – волков и медведей.  Как бы то ни было, но в течении всего былинного эпоса, лук использует всего один-единственный персонаж – Васька-Пьяница, который имеет весьма посредственное отношение к воинскому сословию. Так что прообразом святого никак не мог стать монгольский багатур – какой уважающий себя монгол откажется от использования лука?!

Да и сам святой в свою воинскую бытность, явно не отличался ни любовью, ни тактичностью по отношению к степным иноплеменникам: «Ой же вы, татаровья поганые, кто умеет говорить языком русским, человеческим?» Так что на версии о пролетарском и интернациональном происхождении святого можно смело ставить крест.

Любопытно, что первые упоминания о былинном богатыре принадлежат вовсе не перу русских летописцев… Впервые легендарный воитель был упомянут в немецкой поэме XIII века.

Стихи, повествующие о событиях в стране бургундов, говорят об Илье Русском – дворянине из Новгорода. В немецкой поэме русский богатырь выступает непревзойденным воином и ревнителем веры – он разрушает капища и крестит царевну-язычницу. Все тот же Илья Русский фигурирует в норвежской саге «Саге о Тидреке Бернском», где выступает как незаконнорожденный сын короля. Немцам настолько полюбился образ русского богатыря, что в одном из произведений он стал герцогом Греции! Вероятно, скромный монах из Лаврской обители очень удивился бы, узнав при жизни о том, какая слава его ожидает после смерти.

Воин духа

Но как же быть с мощами святого, которые покоятся в пещерах киевской святыни?

Читать о преподобном Илье Муромце на сайте Киево-Печерской Лавры>>

Исследовав их, эксперты криминалисты пришли к поразительному выводу. Былинный богатырь с самого детства страдал полиомиелитом – ноги преподобного были полностью парализованы. Каким образом он сумел излечиться – загадка.

Но не смотря на это, преподобный обладал нечеловеческой силой. Его рост был около двух метров, мышечная масса должна была быть большой, а руки – невероятно сильно развитыми. Исследователи предполагают, что лежа на скамье, витязь упорно тренировал руки – работал топором, поднимал тяжелые ларцы и бочки, и месил глину. Таким образом, к тридцати трем годам, его сила стала действительно пугающей. 

Все это говорит нам о том, что лежащий в Киевских пещерах преподобный и былинный богатырь – один и тот же человек.

Итак, перед нами более четко нарисовался образ святого преподобного Ильи Муромца. Выходец из воинского рода, воспитанный среди язычников, человек с необычайно сильной волей и стойким духом. Он не позволил болезни сломить себя, упорно тренируясь с помощью подручных средств. Не польстившись на золото и титулы, он не ввязался в междоусобную борьбу русских князей, а под началом Святослава – сына Владимира, самоотверженно сражался с внешними врагами Руси – половецкими ордами. Благодаря своей чести и воинскому умению, он произвел впечатление не только на своих земляков, но и прославился среди соседних народов как непобедимый герой и отважный воин.

Не взирая на происхождение, он становится на путь служения Богу, принимает монашеский постриг и остается в Лаврской обители. Погиб святой, как воин, обороняя Лавру от ворвавшихся в стены города половцев. Исследуя мощи, эксперты насчитали невероятно количество ран от сабель и копий. В ходе битвы святой потерял глаз и был пронзен копьем насквозь.

Мощи преподобного навсегда остались в Лаврских пещерах. Хранится и память – о мифических подвигах Ильи Муромца, отважных сражениях и невероятном благородстве этого могучего человека, а также о мужественном сердце богатыря, которое билось одинаково ровно, и под тяжелой кольчугой, и под монашеской рясой. 

Успенська Києво–Печерська Лавра
Преподобний Ілля Муромець, чернець Печерський († XII)
прп. Илья Муромец
Ближние пещеры
преподобные отцы наши Печерские

Ми оголошуємо благодійну передплату. Допомогти можна, перераховуючи щомісяця необтяжливу для вас суму на:

  • Карту «Приватбанку»
  • Webmoney — R504238699969, U862362436965, Z274044801400
9348

0

Коментарі

Всі нові коментарі будуть відображені після проходження обов’язкової процедури модерації

Додати коментар