Логотип "Православіє в Україні"
Отримування розсилки на e-mail

Вы здесь

Если не складываются отношения с настоятелем — интервью с епископом Ионой

Версия для печатиВерсия для печати

29 декабря — День рождения епископа Обуховского Ионы.

Из письма, пришедшего на редакционную почту: «Настоятель …и труженик, и умница, и организатор; любит Бога и нашу Церковь. А вот я ему не нравлюсь – раздражение чувствуется во всем, и это мешает радоваться…»

Описывая ситуацию, читательница не задает вопросов, лишь говорит о своем душевном смущении. Но очевидно, что проблема личностных взаимоотношений на приходе существует и порой досаждает.

Насколько в общинной жизни нужно обращать внимание на такие вещи, как психологический комфорт, дружелюбие и взаимопонимание с прихожанами? Допустимо ли делать замечания настоятелю, и в какой форме? Какие самые распространенные ошибки прихожан? И, наконец, можно ли уходить с прихода, если отношения не сложились?

На эти и другие вопросы отвечает настоятель многочисленной общины, наместник Киевского Троицкого Ионинского монастыря епископ Обуховский Иона (Черепанов).

епископ Обуховский Иона (Черепанов)

***

Письмо в редакцию: «Что не так?»

«У меня нет конкретных вопросов, но есть общая смущающая ситуация.

Понимаю, что дело не в батюшке, а во мне, но справиться с этим не получается.

Настоятеля уважаю за многое – и труженик, и умница, и организатор. И как священник – пастырь добрый. И любит Бога и нашу Церковь – это как-то видно и понятно.

А вот я ему не нравлюсь – раздражение чувствуется во всем. И реагирую я на это болезненно. Понимаю, что у батюшки темперамент, и он со всеми резким бывает, и во мнении своем категоричен и нетерпим. Все мы люди, все мы человеки.

Но как сказала мне одна бывшая прихожанка нашего храма, хочется, чтобы тебе тоже батюшка радовался – как другим. Потому что со многими он очень хорошо общается.

И не то чтобы какого-то особого приятия хотелось, а просто уважения обычного. Например, чтобы батюшка резко не обрывал разговор и не демонстрировал активно свое неприятие темы, позиции и чего-то там. Чтобы обращался на «вы» – я его лет на 10 точно старше и обращаюсь к нему только на «вы». Его «ты» как-то напрягает неуместностью, хотя мне в мои 50+ многие молодые говорят «ты», и это нормально.

Мне мое смущение кажется стыдным, от гордыни, и я стараюсь его подавлять. Но это чувство, что во всем я не такая, как надо, с точки зрения настоятеля – остается и каждый раз задевает.

Понятно, что и грешу я во многом, и во всем не такая перед Господом. Мало что хорошего у меня получается сделать. И когда настоятель на исповеди мне говорит, что и как нужно делать, как относиться, воспринимать, реагировать – это почти всегда золотые слова, и пользы от них мне много. На исповеди, несмотря на усталость, батюшка терпелив по форме, внимателен и не позволяет себе раздражаться. А вот в общении это все чувствуется. И разные его выводы на мой счет кажутся неуместными и несправедливыми.

Вроде бы блажь все это, а мешает радоваться. В храме нашем мне от этого напряжение, но в другой приход не пойду – не нужно этого делать. Понимаю, что мы с батюшкой очень разные, но «своего» вот так, специально, искать не пойду. Думаю, что надо смиряться и терпеть – в себе гордыню бороть.

Тем более что когда-то, в начале своего воцерковления, я уже уходила из этого храма. Батюшка как-то так явно давал мне понять, что не рад моему присутствию. По крайней мере, я так чувствовала – очень этим смущалась и огорчалась. А потом, через годы, сложилось так, что вернулась в этот храм, и батюшка принял меня хорошо.

Но если смотреть на ситуацию более-менее объективно, то батюшка – хороший священник и настоятель, а я прихожанка – так себе. Значит, и уважение мне не положено».

***

– Владыка, бытует мнение, что переходить – «бегать» – с прихода на приход, как и монаху из монастыря в монастырь – недуховно и неправильно. Что нужно прийти чуть ли не в первый попавшийся храм, в монастырь – раз и навсегда. Так ли это?

– В данном случае не совсем корректно сравнивать прихожан с монахами.

В отношении монастыря более уместным будет сравнение с семьёй. Переходить из монастыря в монастырь настолько же неправильно, как человеку, вступившему в брак, уходить в другую семью. Это совершенно нелогично, духовно опасно и является неким предательством.

В отношении прихода ситуация иная.

Что такое храм? Это не клуб и не кружок по интересам. Это место, где совершается Евхаристия, причащение Святых Христовых Таин. Ради Евхаристии, для того чтобы быть участниками Тайной вечери, мы в храм и приходим.

А для того чтобы быть участником Тайной вечери, вовсе не обязательно иметь какие-то особые отношения с тем, кто совершает Евхаристию. Для нас главное – иметь отношения с Господом, Который призывает нас к Чаше: «Примите, ядите, сие есть Тело Мое…»

Священник, по слову святителя Филарета Московского, прежде всего – «благоговейный совершитель таинств Божиих». Во время совершения таинств он мистически прообразует Христа. Соответственно относится и к приходящему к нему человеку, как Спаситель сказал: грядущего ко Мне не изжену вон (Ин. 6, 37).

 

Пастырь обязан уделять внимание каждому прихожанину, и большинство священнослужителей не позволят себе проявлять какое бы то ни было личное негативное отношение к пасомым. Хотя, безусловно, наемники и люди равнодушные есть в любом служении: как среди врачей, учителей, так и в среде священнослужителей.

Идя в храм, необходимо помнить, что в первую очередь, вы идете ко Христу, и ждать какого-то тесного душевного общения со священником не следует. Это может быть – как некое дополнение, но может и не быть. Существует поговорка: «насильно мил не будешь». Священник тоже человек, со своим образом мышления, и есть люди, с которыми ему легко и приятно общаться, а есть те, кто в силу тех или иных причин, как молодежь говорит, «напрягают».

Возвращаясь к поставленному вопросу – нужно ли на приход прийти «раз и навсегда», отвечу так: если человек одинокий и ему в силу этого, или в силу других причин очень важно иметь общение со священником, то, конечно, ничто не возбраняет искать тот приход, где контакт будет более тесным, а отношения – более дружественными и тёплыми.

Ведь литургия совершается одинаково в любом храме, благодатность таинства не зависит ни от личности совершающего его священника, ни от храма, ни от места. В любом храме единой Вселенской Православной Церкви – будь то Храм Гроба Господнего или церковь в вагончике в селе – Литургия одна и та же, одни и те же Тело и Кровь Господа нашего Иисуса Христа.

Поэтому вполне можно найти приход, где священник будет вам рад, и с ним будет легко и утешительно общаться.

– Если на приходе среди собравшихся там людей, помимо настоятеля, испытываешь дискомфорт, люди не близки тебе по духу – насколько на это стоит обращать внимание? Насколько вообще в своей общинной жизни нужно доверять душевным ощущениям?

– Как правило, приходы группируются вокруг конкретного пастыря, люди объединяются по каким-то схожим тенденциям в общении, во взглядах. В такой крепкой общине со своими особенностями отдельный человек, действительно, может чувствовать себя несколько чужеродно.

Если, например, прихожане объединены общей любовью к какому-то отцу N, с восторгом и сияющими глазами ловят каждое его слово, тому, кто только недавно пришел в храм, чтобы быть со Христом, всё это может казаться странным, непривычным и непонятным…

Если некомфортно находиться в общине, ничего страшного не будет в том, чтобы уйти и найти храм по душе. Но это если речь идет о городских приходах, потому что если церковь в селе, тут уже не до выбора. Придётся смиряться с тем, что есть.

Важно понимать, что напряжение или дискомфорт в храме мы чувствуем по нашей греховности: ведь, придя ко Христу, проявляем какие-то свои человеческие качества. И если изменить ситуацию невозможно – например, поиском нового прихода, тогда нужно идти более сложным путем, но с духовной точки зрения правильным и аскетичным: дисциплинировать и воспитывать свои помыслы.

Задавайте себе вопрос: «Зачем ты пришел в храм? Зачем ты здесь находишься? Тебе нужно общение, единомышленники? Или тебе нужен Христос?» Если в таком направлении работать над собой, со временем всё остальное станет уже не так заметно, ты будешь видеть только то, ради чего ты здесь: видеть Христа.

 — Чисто с психологической, человеческой точки зрения священнослужители, как вы уже сказали, – такие же люди, как и все. Они не могут в равной степени хорошо относиться абсолютно к каждому прихожанину. Но если священник на приходе тебя явно недолюбливает, как вести себя в этом случае?

– Если это городской храм, кто заставляет ходить именно к этому священнику? В городе много храмов, можно найти место, где ничто не будет отвлекать от главного делания.

Если же это в селе, нужно, как я уже сказал, воспитывать свои помыслы. И раз недолюбливает, значит, есть на то причины…

А вообще думать надо не о том, любит тебя или не любит священник. Чтобы Христос любил и Христос радовался, видя тебя, – вот это главное, что должно занимать наш ум.

– Существуют ли «типичные ошибки» в поведении прихожан – такие поступки, которые объективно вызывают у священнослужителей раздражение или гнев?

– Есть и такое. Например, утомляет чрезмерная назойливость, когда человеку нужно буквально «вылить» на священника полный ушат своих проблем.

Священник – не психотерапевт, а исповедь – не сеанс психотерапии, призванный решить все ваши трудности и расставить все по полочкам. Встречаются одаренные пастыри, обладающие и большим житейским опытом, и мудростью, умеющие одним-двумя словами скорректировать ход мыслей человека, буквально изменить жизнь.

Но не все такие. Повторюсь, священник – совершитель таинств Божиих. Во время исповеди он является лишь свидетелем того, как человек исповедует свои грехи Господу, и не обязан выслушивать все особенности жизни кающегося.

Авторы многих наставлений пишут, что на исповеди нежелательно говорить о вещах, не относящихся к сути греха. И всё равно часто все сводится к тому, что человек перекладывает свой тяжкий грех на окружающих или пытается максимально его завуалировать: «Я, конечно, грешу, но…» – и дальше следует перечень оправдательных обстоятельств.

Существует также проблема, когда кто-то из прихожан желает заполучить внимание священника во что бы то ни стало. Стремясь как-то скрасить свое одиночество, люди буквально добиваются общения. Задают мелочные вопросы с огромным количеством подробностей и деталей, стараются переложить на плечи духовника принятие каких-то решений.

Или, бывает, спрашивают совета в сфере юриспруденции, вопросов недвижимости, лечения. Но задача священника – указывать путь не кратчайшего решения юридического вопроса или приобретения крепкого здоровья, а путь в Царствие Небесное. Самому туда идти и другим помогать.

Упомяну и еще об одном явлении. Где-то прочёл слова одного старого священника о том, что если на березовую чурку надеть рясу и камилавку, у нее тут же появятся поклонницы. Действительно, существует такой феномен в православной среде – когда священнослужитель подвергается чрезмерному и навязчивому почитанию. Одним из крайних подобных проявлений были так называемые «иоаннитки», которые преследовали святого Иоанна Кронштадского, совершенно не давая ему прохода.

В более мягких формах это присутствует на современных приходах. Священники знают, насколько тяжело иметь дело с экзальтированными людьми, ищущими в Церкви не Христа, а какого-то иного утешения. Зачастую это одинокие женщины, которые свою нереализованную любовь, заботливость и так далее направляют на священника.

Когда это один человек, можно как-то потерпеть, но когда больше… Тем более, священнослужители – люди в основном женатые, и нужно поберечь чувства матушки, которой нелегко порой наблюдать подобное преследование её супруга со стороны прихожанок.

 

– Есть такие явления в поведении приходящих в храм людей, которые возмущают лично вас? Что вы готовы терпеть, а с чем не считаете нужным мириться?

– Я испытываю дискомфорт, когда приходится иметь дело с наглостью. В основном подобное встречается среди так называемых «профессиональных» православных, которые с большой напористостью добиваются чего-либо. Все-таки воспитанность в человеке должна проявляться всегда и во всем, в том числе, в храме. И для меня загадка – что это? Либо человека в детстве не воспитывали, либо в храме у него эта воспитанность просто отключается.

Например, в любой семье детей приучают, что когда разговаривают взрослые, вмешиваться не следует. Но православные люди, если видят священника с кем-то беседующим, без тени сомнений подходят и в лучшем случае берут благословение, а в худшем – начинают задавать свои вопросы.

Ладно, отношение к батюшке у вас такое – считаете, что раз он поставлен служить Богу и людям, то у него не должно быть личного времени. Ну так пожалейте же собеседника батюшки! Человек, может, с жизненно важной проблемой обратился, сейчас его судьба решается…

– Часто люди поступают так лишь потому, что по-своему понимают церковный этикет. Считается, что пройти мимо епископа или священника и не взять благословение – это проявить неуважение.

– Действительно, испрашивание Божьего благословения вошло в православный этикет как способ приветствия священнослужителя. Но в данном случае, если вы хотите батюшку как-то поприветствовать, достаточно просто поклониться ему в пределах его видимости. Если священник захочет вам что-то сказать, то подзовет или по-иному проявит свое внимание. Если же он не может отвлекаться, ответит поклоном и продолжит разговор.

Мне кажется, нужно очень деликатно относиться к общению людей, особенно священника с кем-то из прихожан. Может, человек решает вопрос жизни и смерти, а вы вмешиваетесь со своими просьбами «благословите цыплят на дачу вывезти…»

– Вопрос о взаимодействии священника и мирянина: допустимо ли делать замечание настоятелю или клирику? В какой форме, по какому поводу?

– По отношению к кому бы то ни было – к мирянину, к священнику, к собрату-христианину – нужно поступать по-евангельски. В Евангелии от Матфея читаем: «Если же согрешит против тебя брат твой, пойди и обличи его между тобою и им одним; если послушает тебя, то приобрел ты брата твоего; если же не послушает, возьми с собою еще одного или двух, дабы устами двух или трех свидетелей подтвердилось всякое слово; если же не послушает их, скажи церкви; а если и церкви не послушает, то да будет он тебе, как язычник и мытарь» (Мф. 18, 15-17).

Если что-либо смущает, думаю, об этом нужно обязательно сказать священнику, но не в форме претензии, а в форме сообщения: «Батюшка, простите, меня волнует такой-то момент» или «Мне кажется, то-то и то-то делается неправильно». Своей озабоченностью нужно поделиться именно со священником, но никак не с прихожанами или с кем бы то ни было.

Часто вместо того, чтобы прямо и аккуратно сказать настоятелю, жалуются прихожанам: «Вот батюшка что вытворяет. Такой он сякой…» Это совершенно неправильно. Человек и ближних смущает своим осуждением, и сам грешит – и всё вместо того, чтобы обратиться к первоисточнику. Ведь священник может внятно и четко объяснить, в чем причина его поступков или того явления, которое вызвало смущение или неприятие у прихожанина, и в ходе разговора это смущение уйдет.

Если же священнослужитель, по нашему мнению, продолжает упорствовать в заблуждении, тогда можно позвать кого-то из прихожан и сказать об этом вместе. В любом случае, вполне допустимо выяснить для себя те вопросы, которые волнуют, и нет ничего хуже, чем распространять вокруг ропот недовольства.

– Не всегда только прихожане виноваты в том, что отношения не сложились. Ведь и среди священнослужителей встречаются досадные перегибы…

– Бесспорно. Один из таких перегибов – когда священники переносят понятие «старчества», существующее в общежительных монастырях, на мирскую почву.

Что такое старчество? Это когда человек, придя в монастырь, полностью вручает свою волю в послушание духовнику. Добровольно и сознательно. Явление это исключительное. На Руси оно было наиболее известно в Оптиной пустыни, в монастыре преподобного Ионы Киевского, в некоторых других дореволюционных обителях. Сейчас полноценное, здоровое старчество существует только в святогорских и близких по устроению к ним монастырях.

Когда же это явление механически переносится на современную приходскую жизнь, то для многих пасомых это становится «приятной» неожиданностью. Человек с удивлением узнает, что ему следует советоваться со священником в вопросах своих семейных отношений, по работе или учебе. Но от мирян на приходе полное отсечение своей воли вовсе не требуется.

Во-вторых, старцы, как правило, это люди, имеющие очень трезвое отношение к себе и к своей духовной жизни, стяжавшие смирение и могущие научить этому пасомых. Но на приходе старчество является зачастую проявлением со стороны священника качеств, абсолютно противоположных смирению. Наоборот, присутствует горделивая страсть к учительству.

Слава Богу, это достаточно редкое явление. Больше, к сожалению, приходится сталкиваться с равнодушием священника. Но и оно, надо сказать, не без причины, а в большинстве случаев является следствием огромнейшей нагрузки, которую несет батюшка. Особенно если он служит где-то в селе, где нет рядом других приходов, и кроме того, что должен совершать служение – крестить, венчать, отпевать, у него есть еще заботы, связанные с семьей и хлебом насущным. Ведь не секрет, что сельские священники очень бедны, и им приходится буквально выживать.

Поэтому в любом случае, не судите строго священника. Не обижайтесь, если не хватило внимания, любви и расположения для вас. Помните, что вы в храм идете не к священнику, а ко Христу. Если видите, что батюшке тяжело, что он изнемогает, это повод помолиться за него, попросить Господа, чтобы Он этого пастыря изменил, сделал его лучше, дал ему силы и возможность соответствовать тому высокому служению, на которое поставил.

Фото Сергея Рыжкова

pravmir.ru

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

ІОНА (Черепанов), єпископ Обухівський, вікарій Київської Митрополії

Ми оголошуємо благодійну передплату. Допомогти можна, перераховуючи щомісяця необтяжливу для вас суму на:

  • Карту «Приватбанку»
  • Webmoney — R504238699969, U862362436965, Z274044801400
3191

0

Коментарі

Всі нові коментарі будуть відображені після проходження обов’язкової процедури модерації

Додати коментар