Логотип "Православіє в Україні"
Отримування розсилки на e-mail

Вы здесь

Церковне відродження на пострадянському просторі. Ефір на Ultima cena

Версия для печатиВерсия для печати
29 листопада 2018 | Інтерв’ю

У новому ефірі програми Ultima cena на каналі Ісланідя гості — Сергій Чапнін, журналіст, співробітник проекту досліджень конфліктів постсекулярного суспільства в університеті Інсбрука та Георгій Коваленко, священик, ректор ВПУ, говорять про церковне відродження — що відбувалося на пострадянському просторі. Це погляд безпосередніх учасників тих процесів, які досліджують та аналізують ключові події в Україні та Росії, проводять паралелі та шукають відмінності між ситуаціями в двох країнах.
Як розвивалася церква після розпаду Радянського Союзу? Чому в Росії православ’я стало частиною державної ідеології, а в Україні церковне відродження пробудило зовсім інші процеси? Про це та багато іншого — у новому випуску Ultima cena.

Сергей Чапнин

За несколько десятилетий послевоенной советской власти было воспитано поколение спокойных, послушных, в общем — бездеятельных епископов, которые последними сообразили, что религиозная свобода — вот она, диктат коммунистической партии отсутствует, можно действовать. И к этому времени миряне уже действовали, священники (молодые и не очень) тоже действовали. А епископы все еще не понимали, что надо делать. И это создавало внутреннее напряжение. Важно, чтобы церковная жизнь развивалась, епископы это тоже понимали, но они не могли понять, в какую сторону это развивается.

И оказалось, что епископы, будучи инертными, в низовом церковном возрождении увидели некоторую угрозу себе. Ведь они упустили инициативу. Отсюда угроза потери власти, финансовых поступлений. Тем более что все это происходило на фоне экономического кризиса…

И со стороны церковной власти, и со стороны либерального реформированного марксизма был имперский нарратив. Понять из Москвы, из центральной России, какие процессы пошли в Украине, было очень сложно. Выход УГКЦ из подполья, появление первых автокефальных приходов — это все из Москвы воспринималось как угроза церкви, с которой непонятно как справиться…

Сергій Чапнін

***

Когда мы попытались создать какую-то свою систему, мы поняли, что она не создается. Или если и создается, то ее тут же священноначалие ставит под сомнение. Даже если это какое-то небольшое молодежное братство, то уже, с точки зрения священноначалия, имеет подозрительный характер.

Активных мирян, которые пришли в церковь в конце 80-х — начале 90-х, сегодня практически не осталось. Большинство были рукоположены моментально, в течение года-двух-трех. В некотором смысле, мирянское движение ко второй половине 90-х стало женским движением — движение братств превратилось в движение сестричеств. Отчасти потому, что братства как таковые попали под запрет, были локализованы на приходском уровне, не могли распространять свою деятельность шире. Это был запрет Архиерейского собора 1994 года… Характер мирянского движения радикально изменился к концу 90-х. И епископат уже понял, что он спокойно контролирует ситуацию. Самостоятельных живых мирянских проектов, поставленных под контроль священноначалия, по сути больше нет…

***

Если говорить о поражении церковного возрождения, то главное поражение заключается в том, что мы все чувствовали и жили универсальным характером евангельского послания в 80-е и в 90-е. А сейчас как будто оно утратило свою важность и актуальность. Мы поменяли язык, какие-то свои церковные интересы, и очень сложно вернуться к универсализму. Для нас административные, идеологические задачи вдруг стали важнее, чем Евангелие. Церковь так жить не может. Церковь живет Евангелием. Просто это означает, что то, что вдруг оказалось поставлено над церковными интересами, над заповедями, над Евангелием, оно рухнет. Оно долго не устоит. Оно может торжествовать какую-то временную победу. Но это будет недолго.

Прот. Георгій Коваленко

Георгий Коваленко

Я думаю, нам стоит опасаться связи церкви и государства. Многие религиоведы говорят о том, что в Украине не произошло создания некой единой структуры, которая была наиболее любима и наиболее близка государству. Это создало ситуацию поликонфессиональности. Это наше богатство. Попытки слиться с государством и региональными элитами были и продолжаются. Потому что все вышли из одной шинели, и постсоветская традиция тянулась от советского периода.

Если в политическом сообществе возрастом зрелости является 45-45 лет, то церковная административная зрелость — это за 60. Получается, что многие люди, которые что-то сделали нового за эти 25 лет, это люди, которые не были воспитаны в советской церковной традиции, а пришли на волне падения атеистического режима, открытия возможностей. Но многие люди, которые до сих пор принимают в церкви решения, это люди, рожденные и воспитанные в Советском союзе. И для которых контакт и единство с властью является желанным. И они на личном опыте понимают, насколько это еще и полезно, в материальном отношении в том числе.

То, что в Украине не было стабильной, цементированной системы власти, а власть передавалась от одних политических групп другим, менялись президенты, избирались другие партии, учило церковь жить и выживать в более плюральном мире. И период Евромайдана и Революции достоинства показал очень важный момент: церковь выбрала общество. В конфликте власти и общества церковь стала на сторону общества. Может быть, даже не стала полностью, но не спряталась за спину государства, церковь даже попробовала быть посредником.

Повністю ефір дивіться за посиланням

За матеріалами Фб-сторінки каналу Ісландія

Протоиерей Георгий Коваленко
Сергей Чапнин
Відкритий Православний Університет Святої Софії-Премудрості
канал Ісландія

Ми оголошуємо благодійну передплату. Допомогти можна, перераховуючи щомісяця необтяжливу для вас суму на:

  • Карту «Приватбанку»
  • Webmoney — R504238699969, U862362436965, Z274044801400
208

0

Коментарі

Всі нові коментарі будуть відображені після проходження обов’язкової процедури модерації

Додати коментар